Александр Владимирович (av_seliverstov) wrote in history_club,
Александр Владимирович
av_seliverstov
history_club

Categories:

Вопрос о Сталине

Этот вопрос является одним из ключевых в нынешнее время в нашей, и не только нашей, общественной жизни.
В чём его существо?
Его существо состоит в очень интересном феномене, который может проясниться в ответе на вопрос «как оценивать роль Сталина в истории?»

Отвечая на этот вопрос, только об одном можно сказать как о бесспорном факте: эта роль неоднозначна.
Разбирая эту тему, мы имеем дело почти с образцовым случаем, когда историческая роль человека не может быть оценена как определённо положительная или, наоборот, как безоговорочно отрицательная.

Что не позволяет дать единственно положительную оценку?
Безусловная причастность Сталина к преступлениям большевизма.
Речь идёт о расказачивании, раскулачивании, поголовной коллективизации в русской деревне, сведении на нет роли Церкви и насаждении душегубительного атеизма в самых вульгарных формах в 20-30-е годы, и, наконец, о преследовании тысяч действительно невинных людей по политическим статьям, по которым только расстреляно было порядка 700 тыс. человек.
Хочу подчеркнуть, что причастность Сталина к данным преступлениям является безусловной вне зависимости от того, стоят ли его подписи на конкретных распорядительных документах, имеющих отношение к преступлениям, или нет – эта причастность обусловлена постом, который занимал этот человек многие годы.
И если этот человек занимал свой пост, то есть являлся главой советского государства, вина его является очевидной.

А если так, то, например, мордой в торт, как в вызвавшем примечательное оживление в нашем обществе кино Н. Михалкова, этот человек заслужил.
Тем более, что эпизод из этого кино показывает мечту частного лица, как раз и бывшего из тех самых невинных жертв, а значит и отношение такое к Сталину нельзя не считать справедливым.

Но значит ли всё это, что историческая роль Сталина должна быть оценена нами единственно отрицательно?
Нет, конечно. Что не позволяет дать единственно отрицательную оценку?

Безусловная причастность Сталина к великим свершениям нашего народа и его государства.
Речь идёт о грандиозной мобилизации сил нашего народа – и просто унизительна для каждого её принимающего ложь о том, что сделано это было только за счёт насилия и системы лагерей, – и, как результат, о грандиозном подъёме, возрастании экономической мощи нашего государства. О строительстве десятков городов и сёл, тысяч дорог и мостов, заводов и электростанций, школ и больниц. О ликвидации неграмотности, об организации системы здравоохранения и, как итог, невероятном скачке продолжительности жизни русских людей. О Победе в Великой войне.

О последнем особенно хочется процитировать следующее:
Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий):

"Сталин сохранил Россию, показал, что она значит для мира. Поэтому я как православный христианин и русский патриот низко кланяюсь Сталину".

Георгий Константинович Жуков, член Ставки Верховного Главнокомандования, первый заместитель наркома обороны СССР, заместитель Верховного Главнокомандующего:

"Как военного деятеля И. В. Сталина я изучил досконально, так как вместе с ним прошел всю войну. И. В. Сталин владел вопросами организации фронтовых операций и операций групп фронтов и руководил ими с полным знанием дела, хорошо разбираясь и в больших стратегических вопросах... В руководстве вооруженной борьбой в целом И. В. Сталину помогали его природный ум, богатая интуиция. Он умел найти главное звено в стратегической обстановке и, ухватившись за него, оказать противодействие врагу, провести ту или иную крупную наступательную операцию. Несомненно, он был достойным Верховным Главнокомандующим".
(Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1969, с. 295—297).

Иван Христофорович Баграмян, маршал Советского Союза:

"В тот памятный вечер, оставивший у меня неизгладимое впечатление, И. В. Сталин не раз по ходу доклада и в процессе его обсуждения также разъяснял нам, как наилучшим образом использовать боевые свойства пехоты, танков, авиации в предстоящих летних операциях Красной Армии. (...) Из Кремля я вернулся весь во власти новых впечатлений. Я понял, что во главе наших Вооруженных Сил стоит не только выдающийся политический деятель современности, но также и хорошо подготовленный в вопросах военной теории и практики военачальник".
(Баграмян И. Х. Так мы шли к победе. М., Воениздат, 1977, с. 59, 61, 300).

Александр Сергеевич Яковлев, советский авиаконструктор, генерал-полковник:

"Сталин четко и целеустремленно поставил перед нами ряд задач и указал, как их осуществить. Он внес поправки в некоторые мероприятия, предложенные наркоматом по эвакуации заводов, причем осмотрительно исходил и из возможностей железнодорожного транспорта".

"После обсуждения конкретных вопросов, связанных с работой наших конструкторов и заводов в эвакуации, разговор перешел на общие темы о войне, о последних событиях, о наступлении гитлеровцев. Сталин рассматривал тяжелое положение, в котором находились тогда наша страна и армия, довольно трезво. Он не придавал решающего значения тому, что немцы уже захватили большую часть нашей территории и подошли совсем близко к Москве. Он говорил, что все равно немцы не смогут выдержать такого напряжения длительное время и что в этом смысле наши возможности и наши неограниченные ресурсы безусловно сыграют решающую роль в победе над врагом".
(А.С. Яковлев "Цель жизни" (записки авиаконструктора). Изд. 3-е доп., М., Политиздат, 1972)

Дмитрий Федорович Устинов, нарком, затем министр вооружения СССР 1941 - 1953:

"Сталин обладал уникальной работоспособностью, огромной силой воли, большим организаторским талантом. Понимая всю сложность и многогранность вопросов руководства войной, он многое доверял членам Политбюро, ЦК, ГКО, руководителям наркоматов, сумел наладить безупречно четкую, согласованную, слаженную работу всех звеньев управления, добивался безусловного исполнения принятых решений. При всей своей властности, суровости, я бы сказал жесткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений... Он поименно знал практически всех руководителей экономики и Вооруженных Сил, вплоть до директоров заводов и командиров дивизий, помнил наиболее существенные данные, характеризующие как их лично, так и положение дел на доверенных им участках".
(Устинов Д. Ф. Во имя победы. М., 1988, с. 90, 92).

Андрей Андреевич Громыко, посол СССР в США 1943 - 1946, постоянный представитель СССР при ООН 1946 - 1948:

"Что бросалось в глаза при первом взгляде на Сталина? Где бы ни доводилось его видеть, прежде всего обращало на себя внимание, что он человек мысли. Я никогда не замечал, чтобы сказанное им не выражало его определенного отношения к обсуждаемому вопросу. Вводных слов, длинных предложений или ничего не выражающих заявлений он не любил. Его тяготило, если кто-либо говорил многословно и было невозможно уловить мысль, понять, чего же человек хочет. В то же время Сталин мог терпимо, более того, снисходительно относиться к людям, которые из-за своего уровня развития испытывали трудности в том, чтобы четко сформулировать мысль".

Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании 1940-1945:

"...Это большая удача для России в ее отчаянной борьбе и страданиях - иметь во главе великого и строгого военноначальника. Он - сильная и выдающаяся личность, соответствующая тем мрачным и бурным временам, в которые его забросила жизнь, человек неистощимой храбрости и силы воли, прямой и даже резкий в речах, против чего, я, воспитаный в Палате Общин, совсем не возражаю, особенно когда мне самому есть что сказать. Прежде всего, он - человек, обладающий тем спасительным чувством юмора, которое необходимо всем людям и народам, в особенности великим людям и великим народам. Сталин произвел на меня впечатление глубокой, холодной мудростью, полностью лишенной всякого рода иллюзий. Я полагаю, что мне удалось убедить его в том, что мы будем хорошими и преданными товарищами в этой войне - но, в конце концов, все решают не слова, а конкретные дела".
(Черчилль У. Речь в палате общин 8 сентября 1942 года).


Энтони Иден, министр иностранных дел Великобритании 1940-1945:

"Сталин изначально произвел на меня впечатление своим дарованием, и мое мнение не изменилось. Его личность говорила сама за себя, и ее оценка не требовала преувеличений. Ему были присущи хорошие естественные манеры, видимо, грузинского происхождения. Я знаю, что он был безжалостен, но уважаю его ум и даже отношусь к нему с симпатией, истоки которой так и не смог до конца себе объяснить. Вероятно, это было следствием прагматизма Сталина. Быстро забывалось, что ты разговариваешь с партийным деятелем...".
(Э. Иден. The Eden Memoirs. Facing the Dictatiors. London, 1962, p. 153).


Шарль Де Голль, первый президент Пятой Республики 1959 - 1969. лидер французского сопротивления:

"Имя Сталина навсегда останется связанным с памятью о великой борьбе, которую народы СССР, французский народ и союзные народы совместно довели до Победы".
"Сталин имел колоссальный авторитет, и не только в России. Он умел "приручать" своих врагов, не паниковать при проигрыше и не наслаждаться победами. А побед у него больше, чем поражений. Сталинская Россия - это не прежняя Россия, погибшая вместе с монархией. Но сталинское государство без достойных Сталину преемников обречено".
(Де Голль Шарль. Военные мемуары. Кн. II.)


Отсюда.

Нельзя забывать и о прекращении преследования РПЦ, об относительном возрождении церковной жизни – заслуга Сталина в этом явственном отказе от политики богоборчества также безусловна.

А если так, то, например, и такого отношения:



этот человек... тоже заслужил.


Ведь судить людей мы можем только по их делам.
И никогда не должны и не можем судить жизнь человека, просто не имея для этого всей полноты о ней знания. Нельзя, невозможно забывать, что эта полнота нам недоступна.
Она доступна только Богу; нам доступны только конкретные человеческие дела, о которых нам стало известно.
И если мы знаем не только о делах скверных, но и о достаточном количестве дел светлых – мы просто не имеем права о них забыть, их проигнорировать.

И вот здесь, надо сказать, начинается самое интересное:
очень многие, как внутри нашей страны, так и, особенно, вне её пределов, отчего-то страстно желают, чтобы память наша стала вдруг избирательной.

Чтобы помнили мы только о преступлениях, только о грязи. Чтобы перечеркнули мы все великие свершения нашего, т.е. своего же, народа и ту же безусловную причастность к ним Сталина.
И ведь не просто желают, но чего только ни делают, чтобы добиться от нас этого.
Поэтому и слышим мы, например, не о 700 тыс. расстрелянных по политическим статьям, многие из которых действительно были виновны в своих преступлениях, – но о десятках миллионов.

И многое другое ещё слышим и будем слышать, потому что... всегда есть те, для кого правда и светлое дело, сделанное ради неё, невыносимы.
Почему невыносимы?
Но обязательно ли нам нужно доискиваться до этой причины?
Я думаю, что нет, что нам это незачем, потому что правильней – самим ни за что такими не становиться.

Subscribe

promo history_club february 19, 2014 20:52 Leave a comment
Buy for 1 000 tokens
УКАЗ Президиума Верховного Совета СССР О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР Учитывая общность экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи между Крымской областью и Украинской ССР, Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments